Уроки Калашного переулка

Рустам Рахматуллин

Часть первая. Автора!

На рассвете 19 июня экскаватор обрушил фасад неорусского флигеля в Калашном переулке. История разрушения усадьбы Шаховских подходит к концу. Чем бы ни закончилось дело, пора извлекать уроки.

По какому праву?

Проект «Геликон-оперы», проект архитекторов Андрея Бокова и Дмитрия Буша, целиком принадлежит прошлому. Тому прошлому, которое закончилось 28 сентября 2010 года, в день утраты доверия президента России к мэру Москвы. Именно в эпоху Лужкова было возможно не только сочинять подобное, но и не краснея выставлять на обсуждение, и проводить через согласующие инстанции. Согласования оставались некомплектными или незаконными, но воля мэра заменяла закон и покрывала беззаконие. Мэр мог быть инициатором проекта, но не обязательно. Архитекторы знали, какой проект может понравиться мэру, и дерзали.

Мэру нравились проекты, обходившиеся с архитектурным наследием как с сырьем, исходником для современного творчества. Так появилось перекрытие Гостиного двора, и не только перекрытие: низкое полукаре по Варварке было достроено новым этажом, чтобы сравняться с высоким полукаре по Ильинке. Так появился ресторан на заднем дворе и под двором Петровского дворца, с десятком световых фонарей – маленьких «пирамид Лувра», с подземным въездом через боковые ворота, со вставленным в задние ворота ресторанным тамбуром. Так появились купольное перекрытие двора Хлебного дома в Царицыне и кровельные завершения Большого Царицынского дворца, взятые из проекта, отклоненного Екатериной. Так появился бетонный каркас Театра балета Касаткиной – Василёва во дворе конюшен Манташевых – малоизвестного, но замечательного памятника (Скаковая аллея, 3). Произведения Кваренги, Казакова, Баженова получали «соавторов» — Ткаченко, Куренного, Андреева…

Так бывает в музыке; но оригинал музыкального произведения не страдает от соавторства. Так бывает в театральном «капустнике», когда для смеха искажается Пушкин; но Пушкину не делается хуже. Настоящий вандализм работает с подлинником. Как если бы некто заказал автограф поэта или композитора в архиве и со словами: «Я лучше сделаю» — принялся править текст или резать его ножницами. Этот некто был бы сразу скручен и как опасный маньяк доставлен по одному из двух возможных адресов. Но именно такой правке подвергалась русская архитектура при Лужкове. На месте осуществлялся «капустник», а оригинал сохранялся в архивах, на акварелях, фотографиях и в нашей памяти.

То же самое происходит в усадьбе Шаховских. С той отягчающей разницей, что новое строительство в ней сопровождается физическим сносом. Впрочем, и это не ново. Двор Музея Пушкина на Пречистенке тот же Андрей Боков перекрывал со сносом въездных ворот. При строительстве Дома фотографии на Остоженке по проекту того же автора снесен дом историка Сергея Соловьева, в котором родился философ Владимир Соловьев. Для строительства консерваторской библиотеки тот же автор был готов уничтожить Синодальный дом – мемориал церковных композиторов — в Среднем Кисловском переулке.

Неправда, что парадный двор усадьбы Шаховских просто перекрывают: там уже не на что опирать перекрытие, половина периметра снесена. Другая половина периметра, главный дом, надстроена. К дому со двора пристраивают крытую сцену. Двор превратили в пустыню, чтобы затем превратить в яму-амфитеатр. На внутренних стенах театрального зала, высоко над ямой, рисуют аппликацию фасадов снесенных построек, причем с огромным отклонением от оригинала. Поскольку оригинал – «циркумференция» XVIII века с воротной башенкой XIX века — не позволял устраивать портал сцены и не оставлял места коробке сцены. Исчезает не только тело, но и образ памятника. Создается новый образ. «Образ входит в образ», «предмет сечет предмет».

Спрашивается: по какому праву? По какому праву современный автор так обходится со своим предшественником (к слову, это был Константин Терской, учитель Шехтеля)?

Нет такого права

Архитектурный памятник есть завершенное творение. Здесь возможен лишь один вид настоящего творчества — «ретротворчество», реставрация. Таковы дух и логика закона. А вот его буква:

«Проектирование и проведение землеустроительных, земляных, строительных, мелиоративных, хозяйственных и иных работ на территории памятника или ансамбля запрещаются, за исключением работ по сохранению данного памятника или ансамбля и (или) их территорий, а также хозяйственной деятельности, не нарушающей целостности памятника или ансамбля и не создающей угрозы их повреждения, разрушения или уничтожения». (Федеральный закон № 73 «Об объектах культурного наследия…», статья 35).

Это не мертвая, но живая буква, поскольку живы и понятны дух и логика закона.

Из тех же логики и духа вытекает законодательный запрет градостроительной деятельности на территориях памятников. Градостроительной – то есть сопряженной с изменением параметров и пространственных характеристик. Изменение параметров задается градрегламентами; но Градкодекс запрещает составлять регламенты для территорий памятников. На практике это означает, что историческое домовладение находится в исключительной юрисдикции органов охраны (Москомнаследие в Москве), а органы градостроительства (Москомархитектура) не должны даже приближаться к нему. Приближение архитектурного ведомства к памятнику и к его территории – первый признак нарушения закона. Приближение архитекторов общего профиля – второй признак. Приближение вице-мэров по строительству – третий.

Строительство театра на месте усадебного двора есть кратное изменение параметров – площади, объема, высоты. Изменение параметров Градкодекс называет реконструкцией, а Закон о наследии исключает этот вид работ на памятниках.

Реконструкция

Знаменательно, что конфликт вокруг усадьбы Шаховских достиг предыдущего, зимнего апогея тогда же, когда группа лоббистов пыталась сломать Федеральный закон о наследии. Предлагалось разрешить реконструкцию памятников и тем самым подчинить сферу наследия Градкодексу. В сам Градкодекс вносилась такая поправка:

«Реконструкция объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) — изменение параметров объектов капитального строительства, являющихся объектами культурного наследия.., их частей (высоты, количества этажей, площади, показателей производственной мощности, объема)…»

Иначе говоря, разрешалось делать с памятником все. Отдельный интерес представляет термин «капитальное строительство», по смыслу которого памятник – завершенное творение – превращается в незавершенку.

За спиной депутата Плескачевского, внесшего поправки, стояло правительство Санкт-Петербурга — новый (после отставки Лужкова) лидер российского вандализма.

11 декабря 2010 года в Москве, Петербурге, Ярославле, Казани, Перми прошли акции протеста. Это был первый в истории страны День единых действий в защиту наследия. Экспертное сообщество сплотилось, вышло к прессе, апеллировало к президенту. «Архнадзор» пикетировал Госдуму. Тем временем петербургские градозащитники принудили администрацию Матвиенко к переговорам. Администрация отступила, поправки были переписаны, отчасти сняты. Но мало кто знает, что в те же дни Союз архитекторов России провел «научную» конференцию с главами муниципалитетов страны. Модератором дискуссии был президент Союза архитекторов, проектировщик «Геликон-оперы» Андрей Боков. Ниже – несколько говорящих цитат из официального отчета на сайте Союза:

«Основным препятствием в деле сохранения и развития исторической ткани городов и поселений участники дискуссии – практикующие архитекторы и девелоперы – считают действующее законодательство о памятниках». «Закон полностью исключает любое новое строительство на территории памятника». ««Уличная» оппозиция, в свою очередь, выступает категорически против прикосновения к памятникам вообще, и в этом смысле нынешний закон пока на их стороне». «Участники дискуссии были единодушны в необходимости выработки компромиссного подхода к сохранению исторической среды, допускающего реконструкцию отдельных объектов».

Пассаж об «уличной оппозиции», на стороне которой закон, заслуживает особого внимания. Этот феномен существует не только в голове у Бокова, поскольку градозащитное движение не раз выходило на улицу. А выходило оно потому, что в оппозиции к закону стоял Юрий Лужков. И продолжает выходить — потому что никуда не делась кабинетная, увешенная регалиями, сытая (или, наоборот, голодная) оппозиция закону в лице «практикующих архитекторов и девелоперов». К счастью, не всех.

«Практикующие архитекторы и девелоперы» борются не просто за право прикосновения к памятнику. Они борются за право вторжения в тело и на территорию памятника, за право его искажения и даже сноса. И за то, чтобы это право принадлежало архитектору общего профиля. Поскольку архитектору-реставратору оно ни к чему.

Приспособление и приспособленцы

Градозащита никогда не утверждала, что к памятнику нельзя прикасаться. Можно и нужно. Кроме реставрации, ремонта, консервации закон допускает «приспособление памятника к современным условиям». И не просто допускает, а предписывает его – это часть работ по сохранению памятника.

«Сохранение объектов культурного наследия» — целый раздел Закона. Сохранение — не просто сбережение, оно предполагает активное действие. В доме может появиться, например, инженерный узел, а к нему — технический подвал. По мысли законодателя, памятник приспосабливается к собственной, а не к чужой жизни. И это опять-таки не мертвая буква, а живая и ясная мысль. Кому нужна большая площадь здания, тот должен искать здание большей площади, только и всего. Памятник берется не на вырост, а как есть.

Обычная «шапка» работ на памятнике – «реставрация с приспособлением». В этой паре именно реставрация выступает в именительном падеже. На практике в именительном падеже — генеральным проектировщиком — все чаще выступает «практикующий архитектор», то есть архитектор без реставрационной лицензии. Формально, юридически, такой архитектор осуществляет собственно «приспособление». На практике он ведет реконструкцию и капитальное строительство.

В этой схеме архитектор-реставратор оказывается суб-проектировщиком, человеком на подхвате. Именно так было в Гостином дворе, в Петровском дворце, в Царицыне. Двадцать лужковских лет реставраторы мирились – и продолжают мириться – со своим унизительным положением. В усадьбе Шаховских на подхвате у боковского института «Моспроект-4» оказался институт «Спецпроектреставрация» во главе с Юрием Калиниченко. Более двух лет эти люди, реставрируя главный дом, наблюдали за его надстройкой, за сносом остальных частей усадьбы — и ни разу, даже в новых политических обстоятельствах, не возвысили голос в защиту памятника.

…Постановление Лужкова о Геликон-опере называлось: «О реставрации и реконструкции усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских…» Незаконно, зато честно. Во второй редакции «реконструкцию» повсюду в тексте заменили «приспособлением». Только в «шапке» забыли заменить. Это не анекдот. Переписали еще раз. Несколько дней назад – продлили за подписью Собянина. А в самом проекте не изменилось ничего.

Полный снос флигеля в Калашном переулке, состоявшийся 18-19 июня, был предусмотрен с самого начала.

Продолжение следует

Дополнение. «Ночь длинных ковшей» — удар по «градостроительной революции» Собянина: заявление общественного движения «Архнадзор».

Использована акварель Лва Кубланова «На Большой Никитской» (из коллекции Андрея Чернихова), фотографии А.Можаева, Н.Самовер, Е.Орловой.

Распечатать статью Распечатать статью

15 комментариев

Власти в Москве нет ! Есть закулисные группировки! Бертман и компания стремятся к бесплатному получению лакомого куска в центре ! Ни о каком ИСКУССТВЕ речи быть не может . Не может культурный , образованный человек радоваться тому , что сделали бульдозеры ! Зря вот вы всегда говорили , что театр не причём . Порядочные люди никогда бы не пошли на такой проект и тем более отказались бы , зная такой резонанс это вызывает в обществе. Значит об опере там думают -в последний момент . Это такой же захват выгодной территории , как и захват под рестораны и торговые центры ! Это настоящий ВАНДАЛИЗМ! Учитывая , что театр полгода на гастролях , здесь наверняка будет АРЕНДА ! Это инструмент по выкачиванию денег ! Архнадзору и дальше надо поднимать вопрос о моральности всех участников этого преступления , тем более , что сделано под покровом ночи , безобразно скорополительно, что говорит о БЕЗЗАКОНИИ ! Предлагаю Архнадзору организовать электронные письма Собянину , как в своё время организовали на сайте "башне нет ",и завалить их письмами , раз нам не нужны инвесторы , которые рушат исторический центр !
Казалось, что начались перемены к лучшему. И тут такой циничный вандализм учинённый на деньги москвичей! Преславутый Боков во всех СМИ вещает, как он печётся о родном городе, о своих "самых сильных...впечатлениях...переживаниях по открыванию своего родного города...по сей день" он его открывает и это видно москвичам невооруженным глазом.Он счастлив, т.к. живёт в бывшей коммуналке, (до этого квартира приват-доцента)откуда было выселено 5 семей, в доме 1904 г.построки, где сохранил всё, что было можно: старые печи, остатки паркета, двери, по существу это была реставрация, по его словам. Т.е. для себя он бережно сохраняет всё что возможно, чего не скажешь о городе...На лицо двойные тандарты борца за новую картину мира.
Мне сейчас поправилось в Вестях, он сказал-подавайте в суд , если я что-то нарушил! "Ведь у нас самый лучший ,как говориться, в мире суд ". Вседозволенность сытых дельцов архитектуры и театров ПОРАЖАЕТ , их откровенный цинизм , пренебрежение к москвичам,знают , что за ними стоят большие чины...и издеваются . Я не знала , что доживу до такого кошмара , мы думали в 90-х что всё приведут в порядок , всё обустроют..пусть будут и театры,и рестораны и магазины , и музеи.... . Но почему надо всё крушить ? Поражает ещё , что люди заполучившие объект , так безобразно разговаривают с общественностью , свысока , с хамством, будто все дураки , какие там конюшни , это УСАДЬБА !!!!Цельная ,с любовью построенная. В Петергофе , есть Царские конюшни , они охраняются государством (если охраняются )-это шедевр ! Что вы хотите , если на Бородинском поле всё распродали....какая там усадьба Шаховских! Единственное , ребята , я вам хочу сказать ещё раз , что раз сделали ночью , так безобразно ....ЗНАЧИТ ВЫ БЫЛИ ПРАВЫ...они боялись . Ещё не вечер , посмотрим что построят ?
Ирина Трубецкая больше года назад   Изменить
Да, это их выдаёт, как ни крути - способ, каким они добились своего. Даже больше - они побоялись сносить, когда в переулке ночью стояли 20 человек, но дождались, когда останется 2. Разумеется предварительно обманув обещанием о некой договорённости. И хотя Боков такой лощёный и с достоинством, я прямо теперь вижу, как он прячется там ночью за забором. Ведь рабочие только орудие, надо не их лица видеть за всем происходящим, а Бокова, Бертмана и согласователей всяких с разрешителями. Можно считать, что все они там побывали той ночью, просто хорошо спрятались. Честные люди такими ночными методами не действуют. Ну а чтоб со стороны прилично выглядеть, надо срочно сладкоголосых артистов подключить, сыграть на народной любви в Калягину, Миронову - им поверят, они же такие талантливые.
Вон цитата из Бертмана, "25 час" вчера, прям признание:"В Москве все вот такие работы, вывоз мусора, делается ночью". Спасибо, что открыл глаза:)
Очень убедительно!
Это плевок в лицо, как еще назвать. В Европе (например), где людям хочется жить в своих городах, а не отправлять детей за границу, если люди делают что-то такое и их не могут наказать, с ними потом никто не будет работать. А тут чуваки наоборот, становятся все статуснее и окружающих учат жить. Вот, что отвратительно. И ведь главное, "Геликон-опера", оперный театр замазался в таком. Даже смешно.
Да , в своём цинизме Бертман зашёл уже далеко ! Сказал на ТВЦ, что этот проект ХОРОШ тем , что СОХРАНЯЕТ старое здание , и люди будут сидеть прямо в старых стенах . Где они теперь их возмут ? Ребята ,ну это мафия , которая свои интересы СТАВЯТ выше всех , под "сладким соусом Оперного театра "...они вас никогда не услышат . Там уже давно пройдена грань совести . Давайте -пишите везде об этой "морали ", где черта порядочности давно отсутствует . Пусть знают своего оперного героя....(И фото старых стен прилагать )...Самое ужасное , я уверена , что проект действительно плохой , там нет места карманам сцены , помещений для декораций ...они будут ещё претендовать на помещения рядом . И вот увидите и сцену на Арбате ещё попросят , и будет недалеко ходить ! Теперь другим руки развязаны....и Детскому миру , и вокруг Некрасовки ...и далее...Давайте организуем письма в Мерию
"Более двух лет эти люди («Спецпроектреставрация»), РЕСТАВРИРУЯ главный дом, наблюдали за его надстройкой, за сносом остальных частей усадьбы – и ни разу, даже в новых политических обстоятельствах, не возвысили голос в защиту памятника." Фраза насмешила... Как же это они его РЕСТАВРИРОВАЛИ, если памятник последовательно сносили в это же самое время? :) А если серьезно, то главный неутешительный урок в том, что кроме Архнадзора НИКТО не заступился. Ни так называемые реставраторы (они и сами памятники уродовать умеют), ни архитекторы, которые тоже не дураки, и все понимают про исторические памятники. Ясно, что земля в центре Москвы дорогая и определенная категория лиц рвет ее зубами. И будет рвать. Только целенаправленная политика города и всего профессионального сообщества реставраторов, архитекторов, историков может этому как-то противодействовать. К глубокому сожалению ничего подобного мы не наблюдаем. Один Архнадзор воюет! Господа ПРОФЕССИОНАЛЫ от культуры, Вам не стыдно?...
Нет, ПРОФЕССИОНАЛАМ от культуры не стыдно и не будет... Потому, что народу нашему, по большому счету - наплевать. и дело даже не столько в болевом пороге... - нашу память приучили быть очень короткой. Кончилась борьба за коммунизм - утащили все памятника борцов за него, которые глаза кололи, станцию метро Колхозная назвали Сухаревская - а какая она Сухаревская - все опоры в виде снопиков и Сухарева башня где? Колхозная она - станция. Прошел по ней и подумал. О себе подумал, о городе своём, о колхозах, о стране... Может тогда на старые башни и сооружения иначе смотреть получится. А о реставрации и восстановлении мы поговорить любим, да. Всё перекрасить, переназвать и как будто ничего и не было. Ах, что-то там упало? - ну, так это же привычное - новый мир строим, ветер перемен.
Правы , правы ,правы ! Даже здесь не так много сочувствующих...Многие вообще считают , что не из бетона и стекла , всё рухлядь...особенно молодёжь. Они уже давно истории многие не знают. А теперь и подавно знать не будут. Вы видите какие они профессионалы. Бертман везде радостно говорит , наконец то послушались ПРОФЕССИОНАЛОВ. Свои сомнительные проекты..ДЕНЕЖКИ немалые . Был Церетели , теперь всё Боковым будет застроено. А потом бизнес сноса -огромные деньги.Сносы продавливают -им жить надо, это огромная мафия сосредоточенная в нескольких руках . Это всё корупция. Одни сносом живут, другие на сносах стройкой
А кто-нибудь работает с теми, кто уродовал непонятной пирамидой Лувр? Да, вроде, работают. Существенно изменено и здание Рейхстага: сооружен купол, убрана большая часть надписей советских воинов. Вроде бы никто не объявил бойкот. Над Парижем царит 210-метровый параллелепипед -- и что? Никаким особенным злом наши чиновники не являются: это типичные капиталистические чиновники. Вот, например, был в Бостоне такой мэр, Морис Тобин. Был у него друг, некто Велански. И был у этого друга клуб. И все пожарные инспекции этот самый друг чуть не с лестницы спускал, ибо его друг -- лично мэр Бостона, Морис Тобин. И вот случился в этом клубе пожар. Погибли 500 человек. Велански посадили. А Тобин вскоре стал губернатором штата. И тут же выпустил своего друга. А затем Морис Тобин стал министром труда -- на повышение пошел. Потом, правда, слава богу, умер. Так что удивительного, что друг какого-то там чиновника сносит какое-то там здание? ЗЫ: В целом, правда, Европа живет почестнее, чем США и Россия, но вот США от России практически ничем не отличается, только богаче они в целом. Но и в Европе такое "трепетное" отношение к древностям -- это там, где древности приносят большой доход своей древностью. Там, где древность приносит убытки -- ее убирают. Во Франции, например, сейчас идет активная борьба за церкви: местные жители не хотят их сноса и постройки взамен новых, а мэрии не желают тратить огромные деньги на поддержание старых церквей, им дешевле построить новые. Вот, например, статья о реставрации по-французски: http://www.latribunedelart.com/spip.php?page=article&id_article=641
Упс, запостилось почему-то в корень. Это был ответ Кате: в смысле, не стоит так уж наивно верить в то, как на Западе хорошо. Из этого, впрочем, не следует, что не надо пытаться делать хорошо у нас. Хотя ожидать, что Собянин вдруг окажется так вот уж лучше Лужкова, было не с чего. А бороться за сохранение того, что тебе дорого, -- совершенно правильное дело. А если на твоей стороне еще и закон -- так тем более.
Наталья Самовер больше года назад   Изменить
Ему некуда деваться, кроме как пытаться быть лучше, чем Лужков. Иначе его в два счета сделают хуже. Есть кому сделать.
Ирина Трубецкая больше года назад   Изменить
Ответ для pyatachyok: Европа и Америка живут по своим законам, я имею ввиду буквально законодательство в сфере охраны памятников истории и архитектуры. Рассуждать, где и как смотрятся вторжения в историческую ткань города, можно долго, но важно - эти вторжения выполнены в рамках действующего законодательства или в обход его? Скажем, пирамидки во дворе Лувра спорны, но для их постройки не была снесена никакая часть ансамбля. Огурец в Лондоне, да и не только он, тоже спорны, но там иное отношение к городской среде. И по крайней мере, они не разрушают исторические строения, возводя свой постмодернизм. В случае втискивания новой сцены для театра Геликон-опера во двор усадьбы, были снесены строения-памятники, занесённые в реестр и нарушен единый ансамбль усадебного двора. Вот это мне видится главным отличием нас от них.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *