Русаковская, 13. Десять лет спустя

«Москомнаследие это дело обязательно доведет до конца»

Константин Михайлов

Почти десять лет назад, в начале сентября 2008 года, в столичном городе Москве снесли одно старинное здание, имевшее статус охраняемого памятника архитектуры. Это был корпус Калинкинского пивоваренного завода на Русаковской улице, 13, стр. 3.

Почти десять лет на месте погибшего памятника, за тряпочкой с нарисованным фасадом, была пустота. И вот осенью 2017-го за тряпочкой началось какое-то шевеление, а в первые дни 2018-го из-за нее показалось нечто, напоминавшее своими очертаниями дом, снесенный в 2008-м.

Что бы это значило? Неужто после десяти лет пустоты городские власти настояли на воссоздании памятника? Утешение, конечно, слабое, говорил я себе, но и то хорошо, что не небоскреб.

«МАЛО ЛИ, ЧТО У НИХ НА САЙТЕ НАПИСАНО»

История эта давняя, а у нас в Москве что с глаз долой, то и из сердца вон. Поскольку за десять лет подросло новое поколение читателей, которое дом этот и не знает и не помнит, что он тут был, позволю себе некие подробности-воспоминания.

Снесли дом как-то внезапно, беспричинно, без объявления войны. Не было никакой информации, как обычно бывает, что намечается снос, что планируется какое-то строительство.

Помню, уезжал в 2008-м в отпуск – дом стоял. Вернулся – нету, на месте его – пустырь, засыпанный кирпичными обломками.

Стал я выяснять, что случилось – потом написал статью, которую опубликовал в «Известиях».

Помню, как стояли мы с коллегами с телевидения на Русаковской улице битых полчаса, пререкаясь с охранниками, которые буквально грудью заслоняли от нас территорию офисно-гостиничного комплекса «Бородино Плаза» — дескать, нельзя его снимать без разрешения. Наконец из-за их спин вышел человек, который вручил мне визитку на имя Артура Сафаряна, замгендиректора ООО СК «Бородино-Строй». И стал рассказывать: никакого уничтожения памятника не было. Даже бумагу показал бумагу из ОАТИ (объединение административно-технических инспекций), в которой было сказано, что в начале сентября 2008 года при реконструкции кровли здания произошло ее частичное обрушение — вот, мол, и пришлось все разобрать.

«Ну и что? Зачем же было сносить дом полностью? Это же памятник. У вас есть хотя бы разрешение Москомнаследия?», — спрашивал я.

«У меня нет документов о том, что это памятник, — уверенно отвечал человек из «Бородино». — Мало ли, что у них там на сайте написано…»

Помню еще, что неофициально другие люди мне рассказали: да, кровля обвалилась, а через день-другой в Москве проходило какое-то важное мероприятие (уж не вспомнить какое), куда привозили делегатов из регионов, и жить они должны были как раз в гостинице в этом комплексе – и с какого-то этажа московской власти хозяевам приказали «руину» быстро снести – чтобы важных гостей своим видом не удручала… Документальных подтверждений этой версии у меня нет, но очень правдоподобно.

В общем, так и исчез с лица Москвы выявленный объект культурного наследия, формально охраняемый законом и Москомнаследием, как оно тогда называлось.

 

КАК УНИЧТОЖАЛИ ЗАВОД КАЛИНКИНА

В книгах Толстого и Чехова можно встретить упоминания о знаменитом некогда в России «калинкинском пиве». Называли его так по фамилии купца-фабриканта, главный завод пивоваренной империи которого находился в Петербурге. Выпускал он, кстати, не одно только пиво, но и газированные воды и прочие напитки.

А московский завод фирмы Калинкина находился в Сокольниках, на Русаковской улице (бывш. Сокольническое шоссе). В глубине стояли производственные корпуса «кирпичного стиля» (один до сих пор цел), а на улицу выходили прекрасные фасады пары двухэтажных корпусов, украшенные фронтонами, деревянными резными деталями и изящными наличниками. Построил их в 1892—1902 годах архитектор Август Егорович Вебер. Здание, о котором сейчас речь, служило заводской конторой. В 2001 году оно получило официальный статус выявленного памятника истории и культуры.

Уничтожали калинкинский завод в несколько приемов. Один корпус, выходивший на улицу, снесли в 2002 году. Через несколько лет на расчищенном участке выросли массивные здания офисно-гостиничного комплекса «Бородино Плаза», который в 2008 году принадлежал группе компаний «Бородино». Временно уцелевший корпус, наделенный статусом памятника, в конце 2007 года приобрело ООО «Строительная компания «Бородино-Строй». И, как сообщал в свое время сайт Москомнаследия, оно «в соответствии с федеральным законодательством как новый собственник приняло на себя обязательство по сохранению вышеуказанного объекта».

Как были исполнены эти обязательства, мы уже знаем.

Теперь самое время напомнить, какая суровая кара постигла разрушителей объекта культурного наследия. Про это я, продолжая калинкинскую сагу, весной 2009 года написал еще одну статью.

МЕНЬШЕ ПОЛОВИНЫ КВАДРАТНОГО МЕТРА

Москомнаследие, откликаясь на тревожные сигналы, 24 сентября 2008 года снарядило на Русаковскую улицу инспекцию. Установило: памятник отсутствует. Объяснения собственника о том, что в ходе ремонта произошло самообрушение здания, ведомство не удовлетворили. «Ни заключения, ни задания, ни разрешения на производство каких-либо работ Москомнаследием не выдавалось, — сообщает сайт комитета. — Проектная документация не согласовывалась. Таким образом, все работы, проведенные на объекте культурного наследия, являются незаконными». В итоге Мосгорнаследие вручило фирме «Бородино-Строй» предписание об остановке работ, а также возбудило административное производство в отношении компании и ее гендиректора Юрия Лихотворика (какие все же говорящие бывают фамилии – К.М.).

«Расплата за вандализм в отношении памятников неотвратима», — предупреждал в марте 2009 года сайт Москомнаследия.

Оказалась она, к сожалению, настолько же неотвратима, насколько смехотворна. По решению мирового суда, подтвержденному Красносельским райсудом Москвы, в общей сложности компания и ее директор должны были заплатить за содеянное 49 тысяч рублей.

Таким образом, расплата за разрушение старинного двухэтажного дома — в ценах весны 2009-го была меньше стоимости половины квадратного метра московской недвижимости.

Самоцитирование – грех, но вывод, который я тогда сформулировал, увы, столь же верен и десять лет спустя: «Если прикинуть, сколько квадратных метров можно выстроить на расчищенном участке, останется только признать разрушение памятников в Москве одним из самых рентабельных видов бизнеса в мире».

Москомнаследие, однако, решением мирового суда не удовлетворилось: в прокуратуру Москвы были направлены материалы для возбуждения уголовного дела. Прокуратура организовала проверку, порученную ОВД Красносельского района.

Милиция в «Бородино-Строй» приходила, проверяла… но возбуждать уголовное дело не стала. Ей тоже объяснили, что у собственника не было документов, подтверждающих, что здание – памятник архитектуры.

Весной 2009-го строители заняты устройством монолитной бетонной плиты на месте руин. На вопрос, что здесь будет построено, гендиректор «Бородино-Строй» отвечал так: «Если нам скажут воссоздать как было, думаю, наш президент не будет против».

В недрах интернета можно было отыскать, однако же, новый проект «бутик-отеля» на месте снесенного памятника. Четырехэтажный (с учетом мансарды) вместо двухэтажного, с колоннами и лепными украшениями. Рекламный текст, который прилагался к изображениям, говорит сам за себя:

«Новый бутик-отель станет третьим проектом Группы «Бородино» в секторе гостиничной недвижимости. Архитектурный стиль здания и внутреннее убранство бутик-отеля выдержано в стиле классицизм. Приверженность классике — это признак основательности, консерватизма, в хорошем смысле, тонкого   вкуса владельца отеля. Особенно это важно, если речь идет о людях с высоким социальным статусом, ведь классический стиль освящен всей историей культуры и бесконечным списком знаменитых имен».

Тогдашний председатель Комитета города Москвы по культурному наследию Валерий Шевчук на вопрос о перспективах разбирательства ответил мне кратко: «Москомнаследие это дело обязательно доведет до конца».

ТРИ ГОДА СПУСТЯ

И конечно же, довело.

Через три года после сноса, 5 октября 2011 года, Департамент культурного наследия города Москвы, в который к тому времени был преобразован Комитет, выпустил Распоряжение № 39 «О согласии с заключением (актом) государственной историко-культурной экспертизы, содержащем выводы о необоснованности включения объекта культурного наследия регионального значения (памятника или ансамбля) в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации».

Вердикт был такой: «По итогам рассмотрения заключения государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия «Завод «Пиво-медоваренное товарищество Калинкина», Санкт-Петербург-Москва: контора (административно-лабораторный корпус), 1892, 1899, арх. Вебер А.Е., 1902, инж. Штейн А.» по адресу: Русаковская ул., д. 13, стр. 3:

1. Согласиться с заключением (актом) государственной историко-культурной экспертизы, содержащем вывод о необоснованности включения объекта культурного наследия в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в связи с полной физической утратой объекта в 2008 году».

Подписал это распоряжение тогдашний руководитель Мосгорнаследия Александр Кибовский, а контроль за его выполнением был возложен на нынешнего руководителя охранного ведомства Алексея Емельянова.

ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

И вот в 2018 году мы видим на Русаковской улице, 13, слава Богу, не небоскреб и даже не воплощение проекта, в 2009 году служившего доказательством «тонкого вкуса владельца отеля».

Это некое приблизительное подобие снесенного памятника – конечно, никакое не воссоздание. Построен из бетонных блоков, облицован плиточкой «под кирпич», фронтоны тоже кирпичные, перемычки окон бетонные, никаких резных деревянных деталей. Грубая поделка, или подделка, называйте как хотите.

На информационном щите на заборе титул – «Реконструкция офисного здания». Заказчик другой – некое ООО «Ваш надежный партнер». Генпроектировщик – некое ООО «Алев Групп». Разрешение на строительство выдано московскими властями в апреле 2017 года. Окончание работ намечено на апрель 2019-го.

Полезно обойти здание с фланга и тылу: сзади пристроены новые объемы, которых у подлинного памятника, понятное дело, не было. Зря, что ли, статус снимали в 2011 году.

Не менее полезно перейти на другую сторону улицы и оценить, сколь изящно новое здание вписывается в офисно-гостиничный комплекс и сколь гармонично здесь вышло любимое московское сочетание псевдо-старого и нового. Загляденье, что тут скажешь.

 

И никакого, заметим, уголовного дела давно нет и в помине.

Осталось понять только, как же ко всему этому теперь, десять лет спустя, относиться.

Десять лет, проезжая или проходя по Русаковской улице, можно было с грустью вспоминать о погибшем памятнике, но утешаться тем, что на его месте ничего не смогли построить. Можно было даже, не зная о разжаловании из памятников задним числом в 2011 году (а я не знал, и спасибо коллеге по «Архнадзору» Константину Чаморовскому за подсказку), что городские власти ничего девелоперам там построить не разрешают. Стало быть, и все тревожные сигналы и статьи 2008-2009 гг. были не зря — хотя бы в том смысле, что всем прочим девелоперам был некий урок: покусишься на памятник – столкнешься с многолетней головной болью: проверки, визиты инспекторов из охраны памятников, милиции, да еще и освоить участок не дадут.

Теперь выясняется, что не только дадут, но и позволят еще построить дополнительные квадратные метры.

Но с другой стороны, все же только через десять лет. Да еще и уличный фасад заставят приблизительно, но воспроизвести.

Невзирая на все тонкие вкусы и толстые кошельки.

Господа оптимисты, этот стакан наполовину пуст или наполовину полон?

Фото: Дмитрий Французов, pastvu.com, архив автора

Опубликовано: Хранители Наследия

Распечатать статью Распечатать статью

4 комментария

Татьяна Вылегжанина 9 месяцев назад   Изменить
Не знаю, но ребята похоже стараются и пропорции соблюли! Да и не плиточкой обкладывают, а клинкерным кирпичом. Давайте дождемся когда достроят, тогда и посмотрим. Да и Объект явно не коммерческий. А ходить и радоваться развалинам-помойке это совсем как-то не по-хозяйски, не по-хранительски.
Насчёт толстых кошельков, то в данном случае они, вроде, и не очень толстые были, а , скорее, исхудавшие? СМИ активно писали, что у группы компаний, в чьих руках оказался быв.Калинкинский з-д, долгов очень много было, они даже квартирами пытались с поставщиками за реализованный пищ.товар расплатиться. А, если по сути вопроса, то уточняю: приступили к сносу, вернее, сначала разборке дома 13строения 3 по Русаковской ул. ещё в мае 2008г. и продолжали этим заниматься всё лето - окружили лесами с уличной стороны, вытаскивали что-то изнутри, начали выставлять рамы. Про "рухнула крыша" ничего сказать не могу, но, вроде, к моменту сноса её уже давно разобрали ? Местные жители жаловались на происходившее в Москомнаследие и устно, и письменно. Более того, инспекция МКН приезжала на объект, выдавала предписание об остановке работ - было это ещё в середине лета 2008г., так, что письменные доказательства о том, что дом - памятник на руках у сносчиков (заказчиков и подрядчиков) к моменту сноса были. Но дальше возникает неизбежный вопрос : зачем же вообще надо было сносить этот домик, хотя и занимающий совсем небольшую территорию, но всё же памятник? Ведь это по меньшей мере - просто глупость. Ведь по идее, наличие на своей территории такого домика-памятника, защищённого охранным статусом ОКН - гарантия для владельцев от возможных посягательств других рейдеров-застройщиков - как частно-корпоративных, так и по государственно-градостроительным программам. Домик-памятник почти на красной линии улицы - это же была бы великолепная защита от всяких непрошеных градостроительных инициатив и для самого пресловутого "гостиничного комплекса" также. А так, когда дома-памятника нет - как бы уже всё можно: сегодня здесь гостиница и "плаза", а завтра - изъятие участка под какую-нибудь очередную программу. Так, что - снос дома 13 стр.3 был очень большой ошибкой. А вот в том, что её подсказали, якобы, с вершин московского пр-ва - что-то сильно сомневаюсь, иначе бы разжалование из памятников по причине физической утраты объекта последовало бы гораздо быстрее, а на месте дома гораздо раньше приступили бы к каким-либо строительным работам по какой-нибудь очередной городской программе. Так, что теперь, когда на горизонте вновь замаячила перспектива изъятия земли (вспомните "реновацию", которой в прошедшем году москвичей стали пугать вновь), вполне становится понятным внезапное возрождение снесённого почти 10 лет назад дома
Борис Павлов 8 месяцев назад   Изменить
Я был Главным инженером проекта, "найденного в недрах интернета «бутик-отеля» на месте снесенного памятника на Русаковской, 13 и непосредственно руководил процессом проектирования. Главный архитектором проекта была Кузнецова Светлана Дмитриевна. Задание на проектирование нового 4-х этажного здания было передано нашей проектной организации Заказчиком объекта - "Бородино-Строй" в 2008 году. Были категорично заданы: новая этажность здания и его назначение, заключён договор на проектирование, указаны сроки и дано клятвенное заверение от Заказчика, что все требуемые согласования по сносу существующего здания и согласованию нового проекта он берёт на себя. Историко-архивные исследования по зданию нашей стороне переданы не были. Смею утверждать, что о статусе здания Заказчик мог действительно не знать или, скорее всего, не придавать этому большого значения. Владение по адресу Русаковская, 13 была абсолютной вотчиной группы компаний "Бородино". Исторические строения в дворовой части здания до этого сносились "Бородино-Строй" с легкостью и абсолютно бесконтрольно со стороны надзирающих органов города. Все возможные вопросы, возникающие в процессе проектирования, решались исключительно Президентом группы компаний"Бородино" г-ном Нерсисянон Тиграном Яковлевичем. Самовольное, не кем не согласованное и лихое по своей поспешности решение о сносе существующего памятника принимал только он. Господа из "Бородино-Строй" были при нём исключительно, как пешки-исполнители. Когда грянул гром и вечно занятые другими делами, работники Москонаследия очухались, то здания уже было уничтожено, при чём в кротчайшие сроки, без Проекта по сносу здания и утилизации отходов. Наша проектная организация, всегда действующая строго в рамках закона была тоже в шоке от происходящего и с ужасом следила за происходящем. Начался шум в прессе, в надзирающих органах, угрозы в открытии уголовного дела к "Бородино-Строй", к тому же и вскоре состоялось общее банкротство группы компаний "Бородино" в результате чего г-н Нерсисян просто покинул Россию, оставив свой неизгладимый след в исторической застройке г.Москвы.
Борис Павлов 8 месяцев назад   Изменить
Чтобы суть этой давней истории была понятна до конца, хочу добавить немного к выше написанному. Проектом реконструкции здания на Русаковской,13 не был предусмотрен полный снос здания под ноль. Была запроектирована разборка существующего покрытия, надстройка по существующим, сохраняемым стенам здания, 3-го и устройство мансардного этажа в подкровельном пространстве, с изменением фасадов конечно. Снос здания был выполнен исключительно незаконно, по прихоти одного зарвавшегося человека. Тогда были лужковские времена и некоторые могли позволить всякое. Правда, теперь другие времена и уже другие люди позволяют себе всякое...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *