Кирпичные магнаты Гусаревы

Анастасия Соловьева

Сразу за Семеновской заставой, у восточного угла бывшего Семеновского кладбища, ныне Семеновского парка, стоит деревянный двухэтажный с антресолями дом (Измайловское шоссе, д. 4). Построен он был в первой половине XIX века, возможно, даже до Отечественной войны 1812 года. Первые сто лет он принадлежал роду Гусаревых.

Родоначальником этой фамилии и первым владельцем дома был купец-старообрядец Никон Матвеевич (1777-1860). Сведения о его жизни немногочисленны, но позволяют предположить, что личностью он был неординарной. Никон Матвеевич имел огромное влияние на общину старообрядцев, живших в этой части города. Когда в 1838 г. генерал-губернатор Д.В. Голицын закрыл старообрядческую часовню в селе Покровском, по решению прихожан молельню перенесли в дом Гусарева вместе с ценнейшим иконостасом. Около десяти лет в доме Гусарева совершались богослужения для шестидесяти прихожан и бракосочетания.

Но основным занятием Н.М. Гусарева были все же не дела общины, а кирпичные заводы. За Семеновской заставой кирпичных заводов было несколько. Самый крупный принадлежал тоже старообрядцу купцу Милованову, жил он рядом с Гусаревыми. Самый маленький принадлежал Колгунову, при заводе он и жил. Возле самой заставы был завод Тарлецкого. У Гусаревых было несколько кирпичных заводов: недалеко от дома (его в середине века продали), в Мытищах (его продали В.Ф. Челнокову) и еще один, второй по величине за Семеновской заставой. Этот завод находился между Хапиловским прудом и селом Черкизово, в современном квартале между 2-й Пугачевской улицей и Жидковым переулком. Завод был основан в 1784 году и вместе с домом передавался по наследству.

После смерти Никона Матвеевича ему наследовали два сына Гавриил (1807-1864) и Константин (1826-1890). Очевидно, у Константина детей не было, так как еще при его жизни и завод и часть дома перешли к младшему сыну Гавриила (старший Павел умер в раннем возрасте), потомственному почетному гражданину Алексею Гавриловичу Гусареву (1839-1886). Он прожил всего сорок восемь лет, но успел прославить и свое производство, и фамилию Гусаревых.

Алексей Гаврилович получил хорошее образование, был инженером-технологом. На своем заводе он производил эксперименты и применял новые технологии. Был членом Московского архитектурного общества, выступал на его заседаниях с сообщениями о результатах своих опытов над поглощением воды кирпичом в разных степенях обжига. Принимал деятельное участие в устройстве первой выставки общества, основал премию для составления рисунка печи в русском стиле для выставки 1872 года.

Сохранилось описание завода А.Г. Гусарева у села Черкизово, содержащее любопытные детали. В 1872 году завод был реорганизован, на нем работало около 300 рабочих, было 6 зданий, 31 сарай, 6 жилых зданий, центробежная ручная машина для прессования кирпича, 1 локомобиль для откачки воды, 1 лошадь для мучивания глины, две напольные русские печи, один большой трехъярусный горн, четыре малых горна и последнее слово техники — Берлинская печь (или печь Гофмана). Топили дровами, воду брали из Хапиловского пруда и из колодцев, вырытых на территории самого завода.

Кирпич выделывался только в летний сезон с мая по сентябрь и только в хорошую погоду. В иное лето бывало всего 42 рабочих дня. Рабочие, которые формовали кирпичи, назывались порядовщики. Все они были крестьянами из Калужской губернии Козельского района. На зиму порядовщики уезжали в свои деревни, а по весне управляющий завода приезжал вербовать новых рабочих. Работали артелями со строгими правилами. Например, если у какой-нибудь артели заканчивалась глина, песок или вода, то все остальные артели обязаны были прекратить работу и сидеть без дела пока не восстановятся одинаковые условия работы. Начиналась работа по звонку в 6 утра, в 8 часов звонок на завтрак (30 мин.), в полдень звонок на обед и отдых до двух часов, заканчивался рабочий день в 7 часов вечера. Кроме того, два раза в день был перерыв по полчаса на чаепитие.

Порядовщики жили при заводе, кто спал во времянках, кто на кухне, а кто и на рабочем месте. Бани при заводе не было, приходилось ходить в баню в село Черкизово. Но делали они это совсем не часто, раз или два в месяц. Со стиркой обстояло тоже неважно. Единственные женщины на заводе работали кухарками и прачками и два-три раза за сезон обстирывали рабочих. На территории было четыре ретирады, они содержались в чистоте, так как редко посещались. Как отмечал санитарный инспектор, «большинство отдают дань природе на воле». Помойных ям не было, отходы выливались тут же возле строений. При такой кажущейся антисанитарии болезней на заводе практически не было, да и смертность была крайне низка, скажем, за 1879 год умер один человек.

В холодную погоду все рабочие собирались на верхнем ярусе Берлинской печи. Это замечательное изобретение Гофмана для непрерывного обжига было запатентовано в 1858 году. Первоначально печь была круглая в плане с большой дымовой трубой посередине, затем эллиптической формы, в конце прямоугольной. На заводе Гусарева она была эллиптической из четырнадцати камер на 300 тысяч кирпичей. Печь имела сложное устройство, была огромных размеров и работала круглосуточно. Более детально с ее устройством можно ознакомиться здесь.

Над печью был сооружен технический этаж, пол которого был засыпан песком. Там всегда было тепло, и в этой песочной ванне в холодную погоду спали порядовщики.

Ежегодно завод производил 5 миллионов кирпичей: алый, красный, железняк. Для кирпича использовалась только местная глина.
Кирпич Гусаревых можно было встретить по всей Москве: на здании Политехнического музея, в домах на М. Семеновской улице (не сохранились), М. Ивановский пер., д. 7-9 c.1, в палатах XVIII в. на ул. Энгельса (не сохранились), он использовался для реставрации стен и башен Московского Кремля.

Клейменый кирпич завода Гусаревых до 1882 г. и после

Остается загадкой, почему для строительства собственного дома у Семеновской заставы Гусаревы использовали не кирпич, а дерево. Но все же в доме имелись прекрасные образцы продукции завода А.Г. Гусарева. Это полихромные со сложным рисунком изразцы, технологию изготовления которых разрабатывал сам Алексей Гаврилович.

Полихромные изразцы из дома Гусаревых

 

Равнозначную часть его производства занимали гончарный и терракотовый цеха. В них производились поливные изразцы (простые и узорные), терракотовые вазы, статуи, бюсты, дренажные трубы, делались лепные украшения из гипса и портландского цемента для стен и потолков. Для этих работ, кроме местной, использовалась гжельская и тульская глина. Гончарный и терракотовый цеха работали круглый год. Их рабочие — литейщики, сырейщики, строгали, лепщики, гончары, терракотчики, были элитой завода. Большинство из них жили с семьями в селе Черкизово или снимали там комнаты, обедать уходили к себе домой.

Технология изготовления изразцов на заводе Гусарева была такова:

Различные сорта глины замачивали и отмачивали (это называется «отмучивание»). Затем на конной мутилке смешивали в одну общую массу, которую снова отмучивали в деревянном чану, он стоял на верху печи Гофмана. Эту глину процеживали через медное сито в другой чан, в котором она выстаивалась и подвергалась особого рода брожению. Чан переносили в сырейное отделение. Там глина раскатывалась в плотные и однородные глыбы и уминалась руками в алебастровые формы. Форма разбиралась, изразцы из нее укладывались в несколько рядов на деревянные полки. Здесь они просушивались и затем поступали в строгальное отделение, где работали строгали. Они выравнивали заготовки рубанком и цинзубелями. Далее был первый обжиг, откуда изразцы отправляли в поливное отделение.

Полива или глазурь составлялась из сплава свинца, олова и петербургского белого песка. Поливщик наливал на изразец поливную жидкость, выравнивал, убирал лишнее и клал изразец на просушку. И снова обжиг в гончарных горнах.

Полихромный изразец из дома Гусаревых

Обожженное изделие покрывали узорами разных цветов, для этого применялись сплавы различных металлов. Красильный состав держался в секрете. Наложение красок производилось переводом с медных граверных досок при помощи влажной пропускной бумаги или непосредственно нанесением кистью. После просушки изделие помещалось в муфельную печь и накаливалось в течение двенадцати часов. Все, поливной изразец готов.

В Московском публичном Румянцевском музее были выставлены слепки древних изразцов с облицовки московских церквей, изготовленные на заводе Гусарева.

Терракотовые изделия производились приблизительно также: отмучивание глины, утрамбовка в формы, сушка и затем, крайне осторожно, обжиг в горнах. Часто случалось, что фигуру удавалось сделать только с трех-четырех попыток. Крупные фигуры обжигались по отдельным частям и только потом соединялись вместе.

В 1882 году в Москве проходила грандиозная Всероссийская художественно-промышленная выставка, которая была «предназначена для произведений всех родов промышленности и художественной деятельности». А.Г. Гусарев успешно участвовал в выставке, более того, поднес Его Величеству картину, писанную на фаянсовых пластинах огнеупорными красками, и огромную фигуру «Слава России». За что был награжден золотой медалью и правом изображать на своем клейме государственный герб и инициалы «А.Г.».

После смерти А.Г. Гусарева в 1886 году его заводы унаследовала Агнеса Ивановна Гусарева-Новицкая, в XX веке они были уничтожены. Дом у Семеновской заставы в начале Измайловского шоссе перешел Юлии Александровне Славятинской. Она стала последней его владелицей. После 1917 года в здании был склад, затем долгие годы здесь размещался НИИ проблем высшей школы (НИИВШ). В 2010 году НИИ был выселен, а здание передано РПЦ.

Дом Гусаревых является федеральным объектом культурного наследия, охраняется государством, о чем повествует табличка на его фасаде. На табличке допущена ошибка в фамилии Гусаревых: здесь мы видим «Гусаровых».

В предмет охраны* входят и некогда изысканные интерьеры: мраморные лестницы с чугунными ограждениями; лепные фризы, розетки и потолки; печи, облицованные полихромными изразцами; две мраморные вазы.

В настоящее время интерьеры дома в ужасном состоянии: стеновые панели и паркет ободраны; краска и обои содраны; лепнина осыпается; печи с изразцами побиты. Мосгорнаследием определен план работ по сохранению интерьеров сроком до 2021 года. Остается надеяться, что к тому времени еще будет что сохранять.

—-

* Охранное обязательство с описанием предмета охраны памятника можно посмотреть здесь.

Распечатать статью Распечатать статью

5 комментариев

Сергей Клычков 5 месяцев назад   Изменить
Спасибо, интересная статья! Надгробие Алексея Гавриловича Гусарева https://yadi.sk/i/AiDSURnR3XKjr4 и Агнии Ивановны Гусаревой-Новицкой https://yadi.sk/i/kJJnm83h3XKkLv в семейном склепе на Преображенском кладбище, а также охранное обязательство с описанием предмета охраны памятника https://www.mos.ru/dkn/documents/normativnye-pravovye-akty/view/49911220/
Анастасия, добрый день. Прочла твое исследование с большим интересом. Ты умничка! Успехов в твоих изысканиях. Буду в том районе обязательно поищу этот дом.
Большое спасибо за статью, за фотографии. Долгие годы даже не думала, что за невзрачными стенами есть что-то интересное. Очень бы не хотелось чтобы пропало то немногое, что осталось от интерьеров.
Еще одна плохая новость: кирпичную башню на Павелецкой набережной, которую обещали передвинуть на 16 метров - то ли передвинули так, что ее стало совершенно невозможно увидеть, то ли все таки снесли (зимой она еще стояла).
А с какого перепугу здание передано РПЦ?! Эти церковники уже совсем обнаглели! Захватили — так хоть содержали бы в надлежащем состоянии, или ждут чтобы им государство ещё и денег отвалило!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *