Дворцы Кремля — 3

Александр Можаев

Заключительная часть краеведческого повествования о древних памятниках каменной гражданской архитектуры Кремля. Ранее были рассмотрены парадные, жилые и хозяйственные постройки Государева двора, а также Приказы. Теперь — то, что осталось за его пределами: Патриарший дворец, боярские палаты, а также келейные корпуса кремлёвских монастырей и подворий.


Д. Комплекс дворца Патриарха.

Д1. В 1450 году московский митрополит Иона выстроил на своём дворе подле Успенского собора жилые палаты — первый каменный дом Москвы. Каким был этот памятник — пока неизвестно, но согласно версии Георгия Евдокимова, эта постройка могла находиться к западу от Успенского собора (фрагменты кладки 2-й половины 15 века обнаружены шурфами под церковью Екатерины). Она перестраивалась после пожара 1473 г. (тогда же появились кирпичные ворота Митрополичьего двора), а в конце 15 века жилые палаты были выстроены и севернее собора. Недавние исследования доказали, что эта постройка (вероятно, известные по летописи «три кельи на подклетах» 1493 года) сохранялась в основе корпуса Синодальной библиотеки, снесённого в 1960 году. До настоящего времени уцелели лишь фрагменты кладки из плинфообразного кирпича в месте примыкания Дипломатической пристройки КДС к Патриаршим палатам.

К середине 17 века бывший Митрополичий — а с 1589 года Патриарший — двор включал в себя вытянутый корпус, стоящий вдоль западной границы Государева двора (Крестовая и Столовая палаты с сенями меж них) и соединявшийся переходом с Ризположенской церковью, а также упомянутые выше кельи на подклетах и церковь Трёх святителей Московских (конец 16 века, стояла ровно напротив северных дверей Ризположения). Под церковью находилась арка въезда на внутренний двор усадьбы. На юго-восточном углу Патриаршего двора, против северных дверей Успенского собора, с 1566 года находилась церковь Соловецких чудотворцев. Под ней также находился проезд на второй, парадный двор, и вероятно, это и были Святые ворота Патриаршего двора, сведения о росписи которых относятся к 1643 году. В это время комплекс ремонтировался под наблюдением Антипы Константинова, была разобрана часть ветхих строений, а на дворе поставлены две каменных кельи, кузница и подклеты под деревянные хоромы для патриарха.

Однако уже в середине 17 века границы владения Патриарха смещаются к востоку, занимая территорию бывшей Годуновской усадьбы. Постройки старого Патриаршего двора с церковью Ризположения отходят к расширенной женской половине двора Государя и вскоре становятся подклетом, на котором возводят деревянные, а затем (1674) каменные комнаты для царевен (о них подробнее в первой части публикации, А9).  Церковь Соловецких чудотворцев разбирается и в 1655-м году патриарх Никон переезжает в выстроенные на её месте, существующие доныне палаты с надвратной церковью. Часть дворца была деревянной, по сообщению Павла Алеппского (1654) «в углу Крестовой палаты есть дверь, ведущая к новому деревянному строению с многочисленными кельями, кои идут одна за другой и предназначены для зимнего помещения». На протяжении 17 века происходит дальнейшее обустройство комплекса, объединившее старые Цареборисовы палаты и новый Никоновский корпус в единый ансамбль с двумя храмами и двумя внутренними дворами, обнесёнными двухъярусными арочными галереями, небольшая часть которых сохраняется на северном фасаде церкви Двенадцати апостолов. Со стороны Соборной площади также имелась одноярусная галерея с балочным перекрытием, дверь на которую сохраняется на южном фасаде церкви.

Главный вход во дворец по-прежнему находился у старой Трёхсвятительской церкви, к которой в 1650-е была добавлена паперть с открытой парадной лестницей, выходящей к западным вратам Успенского собора. Основу нового дворца составляет двухэтажный объём, включающий огромный бесстолпный зал, известный под названием Мироваренной палаты (её свод и продольные стены перекладывались в 1790-х). С востока к нему примыкает трёхэтажное крыло, фасад которого украшен аркатурой, перекликающейся с декором Успенского собора и образующий его кулису при взгляде с Соборной площади. В этом крыле располагались восточные сени, столовая и казенные палаты, а также пятиглавая церковь Двенадцати апостолов и небольшая домовая  церковь в третьем этаже палат во имя апостола Филиппа (устроена в 1680-м, до этого Филипповской именовалась основная Двенадцатиапостольская церковь). Жилые комнаты находились во дворе и в т.н. Петровской палатке — надстройке, стоящей на крыше дворца с 1691 года (сохранилась её восточная половина в три окошка). На кровле дворца в 1675 году был обустроен верховой сад патриарха Иоакима.

Дворец неоднократно перестраивался в 18-20 веках, в последние годы специалистами ЦНРПМ ведётся  реставрация и исследование памятника. В ходе работ удалось уточнить периодизацию его частей, восстановить интерьер одностолпной Хлебенной палаты (располагается под Мироваренной, до недавнего времени была разбита перегородками общественного туалета). Также был раскрыт и восстановлен сложный узел из лестниц, чуланов и ретирад, образовавшийся в середине 17 века в месте примыкания более старого крыла на северной стороне Никоновского корпуса.

Д2. К северу от Патриаршего дворца, на углу Троицкой и Никольской улиц, располагался Конюшенный двор Патриарха, территория которого была расширена за счёт соседнего двора Стрешнева под строительство каменных конюшен в 1683 году. Он включал три жилых двухэтажных палаты, конюшни, 10 чуланов на столбах и кладовую казённую палату, всё каменное. В 1696 году велась перестройка и строительство новых палат с «конюшенными старыми житьями вровень». Конюшенный двор разобран в 1722 году, сейчас на его месте юго-восточная оконечность сквера на Сенатской площади.

Е. Дворцы высшей знати.

Е1. Усадьба Бориса Годунова. Находилась севернее Патриаршего двора, на месте нынешнего сквера у Дворца съездов. Каменная застройка, изображённая на плане 1600-х («Кремленаград»), появилась, видимо, на рубеже 1580-90-х гг, когда Годунов получил чин ближнего великого боярина. Главный дом состоял из высокой, вероятно четырёхярусной башни, стоящей по линии улицы, и двухэтажных палат, соединённых с нею проездной аркой. Отличительной особенностью сооружения, судя по рисунку, является вынесение входа в нижний этаж, на Никольскую улицу. На крыше палат различимы какие-то витиеватые надстройки — бочки чердаков либо богато украшенные дымники. В описях 17 века на Борисовом дворе упоминаются Золотая, большая, средняя, малая, задняя Борисовы палаты, сени, нижние сени, житница и поварня.

Палаты делили усадьбу на передний и задний дворы, передний двор был обнесён каменной стеною с воротами на Соборную площадь (примерно на месте нынешнего проезда под церковью Двенадцати апостолов). Кроме палат здесь были и другие постройки, среди которых обращают на себя внимание изображенные на приведённом выше рисунке палаты с деревянным пандусом в западной части усадьбы. Вероятно, именно их фрагменты, датируемые рубежом 16-17 столетий, обнаружены недавно в составе ризалита северного фасада Патриаршего дворца.

Впоследствии постройки Борисова двора отошли к Патриаршему двору и в середине 17 века были объединены с ним в единый комплекс, есть также сведения о строительных работах в бывших цареборисовских палатах в 1693 году. Перестроенные здания присутствуют на планах 18 века в составе периметальной застройки двора, к тому времени именовавшегося Синодальным. Постройки Годуновской усадьбы окончательно снесены к 1806 году, в земле могут сохраняться подвалы зданий (возможно, как раз нижний уровень «башни»  был открыт провалом 1882 года — «прекрасно сложенный из белого камня погреб с щелевидными окнами вверху»).

Потешный дворец

Е2. Палаты Милославского (Потешный дворец). Построены в 1651 году для царского тестя, боярина Ильи Дмитриевича Милославского. Один из крупнейших дворцов древней Москвы, роскошью споривший с Государевыми Теремами. Впрочем,  после смерти Милославского в 1669 году дворец предсказуемо перешел в казну и стал частью женской половины Государева двора. Здание имеет четыре этажа на подвале, сверху его венчают трёхглавая домовая церковь Похвалы Богородицы со звонницей, лестничная башня и обращённая в сторону города летняя каменная светёлка. Апсиды церкви вынесены из плоскости фасада и висят на каменных кронштейнах (дабы не размещать алтарь над жилыми комнатами). К западу от церкви находилось двухуровневое гульбище, на терассах которого располагался висячий сад.

PD0001

Ввиду тесноты участка, примыкающего к стене Кремля, дворец имеет очень необычную и сложную планировку. Палаты стоят поперёк участка, разделяя его на южный парадный и северный хозяйственный дворы. Дворы соединены проездом под палатами, по сторонам которого тянутся камеры входов в подвалы, сюда же открываются двери внутристенных лестниц. Вокруг расположенного выше сложного лестничного узла группируются комнаты парадных этажей. С юга к палатам примыкает ризалит, включавший в себя верхний марш Красного крыльца и парадные сени, с севера находилось ещё одно высокое каменное крыльцо, связывавшее все этажи палат с задним двором. В какой-то период комплекс дополняли деревянные жилые надстройки — известно, что в 1679 году были расписаны по полотнам «разными притчами» три деревянные комнаты на Новом Потешном дворе.

Фасады верхних этажей дворца украшены исключительно богатой каменной резьбой с зоо— и антропоморфными мотивами. Необычные формы здания, а также наличие конструктивных приёмов, имеющих аналоги лишь в европейской практике, позволяют предположить участие иноземных мастеров или влияние «собственных впечатлений дипломата Милославского от архитектуры Голландии» (мнение Т.Д.Троскиной). Уличный и дворовый фасады двух нижних этажей, не имевшие обзора с дальних точек, были решены подчёркнуто скромнее и даже выкрашены более практичной и менее яркой краской.

Сохранилась лишь центральная часть дворца, изначально с юга (вдоль улицы) и севера (вдоль стены) к нему примыкали длинные служебные корпуса — двух-трёхэтажные, поэтапно строившиеся палаты, частично зафиксированные обмерами середины 18 века. В частности, по обмерам фасадов северного крыла можно предположить, что в его центре и в торце присутствуют объёмы времени Милославского, выделенные рустованными лопатками. Также известно о достройке «трёх полат каменных где быть поварням… таковы ж каковы прежние поварни» в 1681 году. Поварни, мыльни и кладовые занимали северный корпус, в нижнем этаже южного размещались конюшни. Вдоль южной границы двора, торцом к кремлёвской стене, стоял каретник. Служебные корпуса капитально перестраивались в 18 веке, северный снесён в 1806 году, южный и каретный окончательно добиты, вероятно, в 1971-м.

Дворы имели собственные въезды, расположенные на продольной оси усадьбы. Хозяйственные ворота смотрели на Троицкий крестец, парадные южные — к площадке меж Конюшенными и Гербовыми воротами Государева двора. Они были богато изукрашены белокаменной резьбой и имели название Львиных ворот.  Ныне их скульптура частично сохраняется в собрании заповедника  «Коломенское».

Ф.Солнцев

После того как в 1669 году дворец отошёл в казну, он был соединён двумя широкими крытыми каменными переходами в уровне второго этажа с противолежащим корпусом Дворцового приказа. Южный переход был не самостоятельным объёмом, а частью большой Г-образной комнаты в торце Потешного флигеля. Северный был разделён пополам продольной стеною на сам переход «для Государева шествия» и на ретирады Оружейной палаты. В палатах Милославского был устроен домовый театр, по которому дворец и получил своё второе название. В 18-19 веке здание неоднократно перестраивалось. В 2000-х годах дворец был отреставрирован, при этом восстановлено завершение церкви, декор и уникальное многоцветие фасадов.

Работы, к сожалению, не затронули интерьеров, также выдающихся — в некоторых комнатах обнаружены фрагменты орнаментальных росписей 17 века, а также белокаменный кесонированный потолок, единственным аналогом которого являются плоские своды папертей храма Покрова на Рву.

Е3. Прочие жилые палаты. Помимо вышеназванных ансамблей, на территории Кремля в допетровское время  располагалось множество богатых дворов с каменными палатами. Целый ряд боярских и княжеских усадеб, располагавшихся по сторонам Спасской улицы, обзавелся ими уже во второй половине 15 века (Великий князь ещё продолжал жить в деревянных хоромах). Забелин сообщает, что в ту пору в Кремле было выстроено четыре частных каменных дома: «1-я полата купца Тарокана, построенная в 1470 г., 2-я Дмитрия Владимировича Ховрина — в 1485, 3-я полата Вас. Фед. Образца, построенная в 1486 г.,» и четвёртый дом — двухэтажные на погребах палаты Ивана Головы, тоже 1486 года. Т.Д. Панова уточняет, что три последних адреса — на самом деле два дома, выстроенные в 1485 году сыновьями Владимира Ховри (один дом построил Дм. Ховрин, он же Овца, другой — его брат И. Голова и породнившийся с ним В. Образец) в разделенном после смерти отца дворе.

Старейшие из перечисленных, Тарокановы палаты, стояли у Фроловских (Спасских) ворот.  На плане-реконструкции Забелина они почему-то показаны пристроенными вплотную к крепостной стене, южнее башни. Однако более вероятно, что Тарокановы палаты, действительно стоявшие близко к стене (но не существующей, а белокаменной прежней) простояли недолго и были разобраны в 1485 году, одновременно с её перестройкой.  Дальнейшие следы рода Таракановых прослеживаются не в Кремле, а на китайгородских выселках. (Кстати: как заметил Р.Рахматуллин, таракан, по Далю — первый жилец, к добру.)

Двойные палаты братьев Ховриных стояли на северной стороне Спасской улицы. В 1485 г. «Дмитрей Володимиров сын Ховрин полату кирпичну и ворота заложив и соверши», а на следующий год, по сообщению Львовской летописи, «Василеи Образец и Голова Володимеров сын заложиша полаты кирпичны». В 1612 году участок передан Вознесенскому монастырю, к этому времени относится описание одного из домов, сделанное до его перестройки под монастырские нужды: «Вверх четыре пределы, да в ысподи пять передел. Да  два погребы каменные». Разобраны, вероятно, ближе к концу 18 века.

В конце Спасской улицы в 1580-е находился двор И.В. Шереметева, сын которого позже сообщал: «Взял у меня двор с полаты царь Борис Фёдорович в Кремле городе, против Николы Гостунского и тот мой двор разорил: 26 житей полатных и погребных велел разломати». Боярин указывает на то, что двор достался его отцу от князя Юрия Васильевича, брата Ивана Грозного, но не уточняет, кем из них строились палаты, снесённые при обустройстве Годуновым Ивановской площади.

К сожалению, письменные источники немного сообщают о каменной застройке кремлёвских усадеб, археологических данных ещё меньше. Но логично предполагать, что в 16 веке палаты были нередки, а в 17-м ими должны были обзавестись практически все богатые дворы в северной и восточной части Кремля.

На приводимой акварели Ф. Алексеева видна белокаменная кладка — вероятно, угол усадьбы князя Сицкого в Константиновском переулке, соединявшего Ивановскую площадь с Подолом. Предположительно, это часть постройки 16 века, игравшей роль подпорной стены подобно годуновскому дворцу «на взрубе».

Северо-западный угол Кремля в 17 веке также имел немало каменных частных домов. На Никольской улице Кремля в 17 веке упоминается «Духовников двор» (протопоп Максим, духовник Михаила Фёдоровича) с каменным строением и погребом — на месте южного угла нынешнего Сената.

На Житной улице, соединявшей Троицкие и Никольские ворота, под строительство Цейхгауза в 1702 году были разобраны каменные постройки на дворе князя Я.Н. Одоевского, что у церкви Входа в Иерусалим. Вероятно, речь идёт о богатых палатах, до Одоевского принадлежавших боярину Ф.И. Шереметеву и описанных в духовной грамоте 1645 года: «трои хоромы каменные, а на них верхние палаты, а под ними палата ж да мыльня; а у всех хором сени и крыльца да сушилы и чердак и поварня и хлебня каменные», под поварней при этом сделан ледник, а в поварне — палата. Эти же строения присутствуют и ранее, в данной 1612 года: «Полата каменная, а под нею подклет, да погреб, да две хлебни каменных, да мыльня, да поварня каменные». Здесь же: «Да к стене /городовой/ приделаны два погреба каменные без сводов». То есть, указанные постройки появились ранее Смуты, когда двором владел боярин Д.И. Годунов.

Приказам с 1655 года принадлежал просторный двор боярина Б.М.Лыкова на той же западной стороне Житной улицы. Нет прямых сведений о существовании каменных построек на дворе в его бытность, но известно, что для ведомства Устюжской четьи в 1671 году расширялись  палаты, находившиеся здесь прежде. Ранее, в 1645 г. на этом дворе упомянута палатка, примыкавшая к Никольской башне и закрывавшая всход на неё — если была палатка, то видимо уже тогда должны были существовать и основные жилые палаты. Также есть запись о том, что в 1682 году была перестроена палата на бывшем дворе С.Л. Стрешнева (восточная сторона улицы, угол с Троицкой). Кроме того, известно, что в 1681 пристроены две каменные палаты к старым палатам М.Т. Лихачева, место которых не определено.

Ещё одна интереснейшая постройка показана в разных ракурсах на трёх рисунках из альбомов Мейерберга (начало 1660-х). У Константино-Еленинских ворот изображено высокое (видимое из Китай-города) здание с плоской кровлей и некими угловыми башенками, а также примыкающий к нему с юга более низкий объём. Он венчается деревянной светёлкой с гульбищем, либо (версия А.Тица) выносным балконом на консолях. Единственный аналог этого необычного строения — палаты Суздальского подворья, известные лишь по рисунку 1630-х. На экспликации к рисунку Мейерберга постройка названа «жилищем боярина князя Якова Куденетовича» Черкасского, карьера которого пошла в гору после 1645 года. Согласно Забелину, двор Черкасских занимал большую Г-образную территорию, одним концом выходя на Спасскую улицу меж Крутицким и Кирилловским подворьями.

На плане «Кремленаград» конца 16 века чуть южнее этого места изображена внушительная каменная постройка, также образованная двумя корпусами (башнеобразная северная часть здесь показана под шатровой кровлей). В экспликации значится «Двор Хобро, Оружейный двор». Забелин предполагал, что первые каменные палаты на этом месте были построены в 1485 боярином Фёдором Образцом и после принадлежали его сыну Хабару Симскому (Иван Образцов-Симский Хабар, окольничий, боярин). При Годунове этот двор занимал склад оружия, взорвавшийся в 1611 году. После смуты здесь находился двор Морозовых. «Жилище Ивана Васильевича Морозова» — скромная постройка под двускатной крышей, изображенная на рисунках Мейерберга рядом с домом Черкасского.

По очертаниям и масштабу строение на «дворе Хобро» и «жилище Черкасского» похожи друг на друга, хотелось бы предположить, что изображенная Мейербергом постройка — палаты, восходящие к 15 веку и восстановленные в царствование Михаила Фёдоровича. Но если экспликация Мейерберга точна, то дом Черкасского сменил разрушенное взрывом здание, встав на соседнем к северу участке не ранее середины 1640-х  гг.

Ж. Монастырские палаты и подворья.

Ж1. Наиболее выдающейся жилой постройкой кремлевских монастырей был Братский корпус Чудова монастыря, стоявший на углу Ивановской площади и Никольской улицы. Он был построен в 1680-86 годах по велению (иначе — по чертежу) государя Фёдора Алексеевича, на месте древней Алексеевской церкви с двухэтажной трапезной. Древняя церковь строилась в 1483-85 гг. и имела трапезную с «многими палатами, горними и дольними, удобными на всякую монастырскую потребу». Забелин уточняет, что «эта постройка отчасти сохраняет свои внутренние стены и доныне с западной стороны соборного храма, где существует главный вход в готическом стиле».

Новый комплекс также объединял в себе кельи, трапезную и примыкающие к ним с востока церковь митрополита Алексея и Благовещенский придел. Оба храма были перекрыты единой кровлей, венчаемой десятью главами; на противоположной стороне Ивановской площади им вторила двойная десятиглавая церковь Приказов. Общая композиция Братского корпуса с церковью и проездной аркой была близка соседнему Партиаршему дворцу, внешний декор главного фасада также перекликался с фасадом Мироваренной палаты — таким образом стоящие на разных площадях здания образовывали общий фронт застройки их северной границы.

Однако изначально силуэт Братского корпуса был более сложным: во втором этаже его центральной части находилась ещё одна, Андреевская церковь, крытая отдельной кровлей с одной главою. К сожалению,  памятник не был достаточно исследован до его сноса в 1929 году, до сих пор не вполне ясна его первоначальная планировка, композиция фасадов, в особенности сильно перестроенного дворового. Парадное неоготическое крыльцо-портик со стороны Ивановской площади пристроено в 1780 году М.Ф Казаковым, оно играло роль входа в церковь для мирян.

Более скромные периметральные келейные корпуса обоих монастырей в большинстве присутствуют на планах середины 18 века и также восходили к 17 столетию (есть сведения о покрытии в 1701 году каменной лещадью кровель казённой палаты и келий Вознесенского монастыря и перестройке старых келий Чудова монастыря в 1714-м). Хотя известно, что на территории монастырей находились и более ранние каменные постройки, большей частью снесённые ещё в 19 веке при строительстве Николаевского дворца и церкви Екатерины (в частности, с 1677 года Чудову монастырю принадлежали бывшие палаты Ивана Головы, основанные в 1486 году).

Чудов и Вознесенский монастыри полностью уничтожены в 1929 году. Однако, как и в случае с многими другими исчезнувшими памятниками Кремля, есть надежда на то, что их остатки (а возможно и подвальные уровни) ещё станут предметом археологического изучения. Во всяком случае, сводчатый склеп Великого князя Сергея Александровича, располагавшийся на территории Чудова монастыря, был обнаружен в 1980-е годы в почти полной сохранности.

Ж2. Помимо двух монастырей на территории Кремля находился целый ряд богатых подворий, начавших обстраиваться каменными кельями с середины 15 века. Каменная палата на Симоновом подворье у Никольских ворот была выстроена одновременно с церковью Введения в 1458 году, таким образом это вторая каменная гражданская постройка в городе. Сейчас на месте подворья Сенатская площадь и центральная часть восточного крыла Арсенала.

Троице-Сергиевское подворье располагалось у одноименных ворот Кремля, возможно, с 14 века. Обстраивалось каменными храмами начиная с 1460 года, но о его жилых и служебных постройках известно немного. Летописи сообщают о строительстве новых каменных келий к приезду митрополита Филарета в 1619 году; наверняка к концу 17 столетия большинство построек подворья были каменными. По описи 1763 года на огороженном каменной оградой дворе размещались каменные Настоятельские и Братские кельи и конюшня. Подворье полностью снесено в 1807-08 гг.

Кирилловское подворье располагалось налево от Спасских ворот. Забелин полагал, что каменные палаты появились на нём не позже 1571 года (Грозный жалует 200 рублей на строенье) и что подворью могли принадлежать перестроенные Тарокановы палаты. По документам 1730-х гг. на подворье кроме храма  числились два келейных корпуса, два каменных сушила и двое надвратных палат (ворота на улицу и на задний конюшенный двор). Все постройки снесены в 1776 году.

Крутицкое подворье находилось чуть дальше, в конце левой стороны Спасской улицы. Среди его построек, окружавших прямоугольный двор, выделялись трёхэтажные митрополичьи палаты (основаны, вероятно, в начале 17 в.) о 12-ти жилых комнатах. При их разборке в том же 1776 году под ними была найдена расписная засыпанная палата, вероятно бывшая подклетом примыкавшей к зданию Благовещенской церкви.

Новодевичье подворье стояло на противоположной стороне Спасской улицы, у Чудова монастыря, по мнению Забелина, его палаты были выстроены не позже 1620-х гг.

Автор благодарит  Дмитрия Яковлева и Ирину Калугину за консультации,
а также  Андрея Павличенкова — за вдохновение.

Избранная библиография:

1. Забелин И.Е. История города Москвы. М., 1990.
2. Евдокимов Г.С. О местонахождении на территории Московского Кремля Митрополичьего (Патриаршего) двора в 15-17 веках. В сборнике статей в честь А.И.Комеча «София». М., 2006.
3. Памятники архитектуры Москвы, 1 том. М., 1983.
4. Словарь архитекторов и мастеров строительного дела Москвы XV – середины XVIII века. Под ред. И.А.Бондаренко и И.Л.Бусевой-Давыдовой, М., 2007.
5. Ильенко И. В., Морозов О. Б. Исследования и эскизный проект реставрации Потешного дворца. В кн.: Реставрация и исследования памятников культуры. Вып. 2. М., 1982.
6. Борисенкова А.А. «Львиные ворота» из собрания Государственного музея-заповедника «Коломенское»: реконструкция первоначального облика и вопросы происхождения памятника. В кн.: Архитектурное наследство. Вып. 46. М., 2006.

7. Потапов А.А. Очерки древней русской гражданской архитектуры. В кн.: Древности: Труды Московского археологического общества. Т. 19. Т. 20., М., 1901-03.
8.Тиц А.А. Русское каменное жилое зодчество 17 века. М., 1966.
9. Белоусова Т.М. Тайны подземной Москвы, М., 1997.
10. Панова Т.Д. Историческая и социальная топография Московского Кремля, М., 2013.

Предыдущие части публикации:
1. Жилые и парадные палаты Государева двора.
2. Нежилые палаты Государева двора.

Распечатать статью Распечатать статью

2 комментария

С искренней признательностью автору за доставленное удовольствие.
Огромное спасибо Александру за его исследования и интереснейшую лекцию об архитектуре Кремля, а теперь ещё и за предоставленную возможность прочесть всё в интернете и немного упорядочить свои знания. Очень радует, что у нас есть такие умные, интересные, интеллигентные и высокодуховные люди! А значит - жива ещё Матушка-Русь, живёт и жить будет!)))))))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *